freetimeland (freetimeland) wrote in ru_travel,
freetimeland
freetimeland
ru_travel

Categories:

Памирская Одиссея. Аклиматизация и пик Четырех

Вот он, наш дом на ближайший месяц - Базовый Лагерь на высоте 4200. Он же Поляна Москвина. Посредине поляны - озеро. Говорят, в жаркую погоду народ в нем купается. В этом году с погодой не повезло, так что купаться там не получилось. Но об этом потом.

Сбоку от вертолетной площадки - сам лагерь: деревянные домики для персонала и гидов, брезентовые, а частью и более современные палатки для полнопакетников, застекленная столовая и даже маленький трактор, для разных надобностей.
Напротив вертолетной площадки, отделенная от лагеря ручьем, находится морена – обиталище полу- и беспакетников. Предыдущими группами за долгие годы здесь выровнены места под палатки, построены «хранилища» для еды (так как палатки сильно нагреваются на солнце) и натащено много полезного, вроде столов или непонятного происхождения дров.
Прилетев рано утром, но все-таки на день позже планируемого, мы решили не терять время, и, поставив палатку, пошли акклиматизироваться по наиболее популярному маршруту первого дня – противоположной морене, вдоль ледника Москвина, до высоты 4700, откуда уже стоит идти в связке.



дворец хрустальный - столовая на фоне ледника и Пика Четырех
 
Предварительно акклиматизировавшись на Кавказе до 4200, мы хотели, не теряя времени, завтра же отправится на Пик Четырех (6230 метров). И вечером стали расспрашивать гидов о маршруте. Как выяснилось, часть гидов были тут в первый раз; впрочем, и среди бывалых гидов возникли разногласия:

- Пойдете прямо, потом налево. Там будет хребет и по нему все-время прямо.
- Нет-нет. Вам надо идти прямо по морене, потом повернуть налево на леднике и дальше в лоб. Впрочем, в лоб можно и прямо отсюда, - щедрый взмах в сторону крутого склона испещренного трещинами и сераками.


Пик Четырех от начала ледника

К счастью, не только мы собирались выйти на Пик Четырех, но и прилетевшие на день раньше литовцы, с опытным (и бывавшим в этих краях ранее) предводителем, а также пара американцев.
Договорившись обо всем, пошли вкушать последних благ цивилизаци, в столовую. Совсем не дешевое удовольствие: по 14 евро с человека за ужин. При этом ужин запаздывал: лагерное начальство решило приготовить плов (уже довольно опостылевший), но на кухне не рассчитали времени варки риса на высоте. Поэтому ужин плавно перенесся на время, назначенное для торжественного открытия лагеря, и, кстати, все равно остался недоваренным. Не желая накормить случайно беспакетников, пришедших на открытие, их выгнали из столовой еще на час (прелесть совкового подхода во всей красе!). А потом нам все-таки представились персонал и гиды лагеря, сами страдающие от перепада высот.


процесс готовки плова

Уже по дороге к палатке нас поймал давешний наш знакомый – Сережа-москвич. Не мог бы он присоединится к нам завтра?
Вопрос застал врасплох. Вообще-то, тройкой идти надежней, чем двойкой. Но брать с собой незнакомого, к тому же неаклиматизировавшегося, в отличие от нас, человека – есть риск вообще никуда не дойти. Более того, у нас уже был печальный опыт именно при похожих обстоятельствах. И еще более того - оба раза, когда мы не дошли до вершины, было это связано с участием людей с таким же именем...
Но не полагаться же на подобные суеверия! И мы решаем, что если завтра утром Сережа не почувствует горняшки, то он пойдет с нами. Забегая вперед, скажу, что на этот раз с компаньоном нам очень повезло.
С утра погода хорошая. Начинаем собираться. Планируем все на четыре дня (в описании маршрут занимает 2-4 дня), и берем еды с запасом, на пять. Большую часть вещей относим в камеру хранения лагеря. Покупаем газовые баллончики, записываемся в журнал выходов и оставляем одну из наших раций для связи: рации, которые сдают в аренду, ловят на других частотах, чем наши.
Наконец, не рано, часов в десять, выходим.

Проходим первую часть - уже известная нам морена со снежными языками. Где-то впереди маячила пара американцев, но потом они исчезли. Начинаем гадать: вдруг они узнали правильный маршрут на гору, и пересекли ледник левее?
Впрочем, у ледника встречаем предводителя литовцев (к сожалению, не удалось запомнить все имена, так что, боюсь, буду перевирать). Эрнест с огорчением спускается нам навстречу - его товарищи отложили выход на день, поэтому он пока что в одиночестве, но с безумной скоростью, прогуливается по безопасным частям ледника.
В очередной раз обсуждаем маршрут, и вперед. Немного ветрено, собираются облака, но мы же вышли акклиматизироваться, и в лагере нам делать нечего.
Обходим немцев, поставивших палатку в начале ледника дальше они не собираются, да и веревки не взяли. Замечаем далеко внизу американцев, оказывается, они поставили себе палатку, сойдя с тропы и не дойдя до ледника. У каждого свой подход к акклиматизации.
Ну, а мы начинаем двигаться между Сциллой и Харибдой: с одной стороны - Пик Воробьева, с которого сошли лавины, и могут сойти еще. С другой - начало рваного ледника, ближайшие трещины которого удобно утрамбованы сошедшими с Воробьева лавинами. Проходим на максимально возможной скорости, держась ближе к леднику, иногда карабкаясь на довольно крутые плечи сераков. В центре сераки покрыты сосульками, свисающими глубоко в пропасть. Кое-где озерца натаявшей за день воды. Красиво, но идти тяжело. К тому же, на выровнявшемся леднике снег раскис, и мы, а особенно идущий первым Боря, проваливаемся иногда по пояс. Смена ведущего ничего не меняет – шаг прошел, на третий упал.



Решаем не торопить события, а стать на ночевку. 4800 маловато, конечно, для наших честолюбивых планов, но Сергею неплохо бы получше акклиматизироваться. А главное продвигаться таким темпом "вплавь" ни у кого нет ни сил, ни настроения.
Кстати, еще одним результатом того, что выход был акклиматизационный, было то, что мы не слишком экономили вес ("тяжело в ученье – легко в бою"), и взяли на троих две палатки. Что добавляло значительного комфорта стоянкам. А вот рукавицы пуховые и самые теплые шапки и носки не взяли – "мы же так идем, для акклиматизации, хоть и на шеститысячник"... И, конечно, в дальнейшем сильно пожалели.
Утро следующего дня было непохожим на предыдущее – небо заволакивало. Но для акклиматизации – главное высота, а не виды. Поэтому без колебаний стали собираться.
Отступление про еду. Учтя прошлый опыт, и послушав добрых советов, большая часть нашей еды состояла из пакетов "просто добавь воды" – американских упаковок на две порции с заманчивыми названиями "Лазанья в мясном соусе", "Бифстроганов", "курица с пюре" и так далее. Пакет заливается стаканом кипятка, и на 10 минут убирается за пазуху – под пуховку – для "дохождения". И как не удивительно, результат вполне соответствует названию на упаковке. Это на ужин.
На завтраки мы купили ненавидимые Борей быстрорастворимые каши. Планируемые колбасу и сыр с хлебом по разным причинам с собой почти не взяли. Остальной нашей заготовленной едой были разнообразные энергетические батончики и разного рода сникерсы. Кстати, когда потом подсчитали, получилось, что за день мы съедали не больше тысячи калорий.
Исходя из перечисленного, кастрюлю мы с собой не взяли, а купили "реактор" – энергоэкономичная кастрюля с горелкой, кипятящая воду за минуту. Учитывая бесконечное топление снега – необычайно правильное решение.
Наш же новый компаньон пошел по пути "сделай сам": наборы различных круп, перемешанные с дегидрированным мясом, и родные сушки, как источник энергии на дневное время. Впрочем, в первую же ночевку Боря заявил, что пакет на двоих – это чересчур много, поэтому в дальнейшем мы делили один американский пакет на троих, заедая сыром и мелочами вроде сникерсов.
Отступление закончено.


гора позади Бори - высотой пару километров. Виден также лавинный конус позади.

Пока мы собирались, к палатке подошли вчерашние немцы – по нашим следам они чувствовали себя достаточно уверенно, чтобы пройти без веревки. От них мы, кстати, узнали, что американская пара испугалась погоды, и спустилась в лагерь. Очевидно, что и литовцы не выйдут в такую погоду. Поболтав, они направились вниз. Последние люди на ледниковом поле, кроме нас.
Меж тем погода портилась. Туман заволок всю долину, и только иногда расходился, позволяя разглядеть очередной карниз, нависающий над нами. Учитывая то, что шли мы по закрытому леднику, с большой вероятностью трещин, продвижение получалось довольно зигзагообразным. И однообразным. Правда, развлекала музыка – в этом году, приобщившись к цивилизации, мы с Борей слушали ее, выключая только на самых опасных участках, пока не сели батарейки (уже на Корженевской, но там и не до того было). Кстати, сделали открытие что надрывные песни вроде «Ленинграда», в горах совсем не идут – тут же сбивается ритм и дыхание. Под Высоцкого оказалось тоже идти так себе, кроме военно-альпинистких песен, привлекавших тематикой. Как не странно, хорошо идти под плавную музыку, вроде Б2. Возможно, там легче найти нужный ритм и темп.

 

Весь этот день, так же как и половину следующего, мы провели, пересекая плато и какие-то холмы. В абсолютном неведении нашего местонахождения. То есть, само местонахождение и даже высоту мы как раз знали – по GPS. Но информации об окружающем это не добавляло.

 

Каким-то шестым чувством, Боря абсолютно точно привел нас к точке, которую мы издалека и до тумана предположили как перевал.
Как и положено, когда закончилось испытание, то и погода прояснилась.
Теперь, Следуя понятой нами информации, предстояло идти справа от гребня до вершины. Посмотрели. Проблема в том, что "справа от гребня" находилось десятками метров ниже. Точнее не разобрать – скалы от гребня уходили вертикально вниз, а нормально проходимый путь, если там и был, застилался все тем же туманом.
Идея дюльферять была интересной, но не практичной. Тем более, нам никто про подобное не упоминал. Странно...


Сергей и обрыв

Сам гребень состоит из каменных нагромождений-башен разной степени вертикальности и разрушенности. Было бы интересно пролезть. Жаль, когда мы спрашивали про маршрут, все в один голос говорили, что скальное снаряжение брать не стоит. Отметается...
Но не возвращаться же без вершины, и тем более – запланированной акклиматизации! Решаем идти вдоль склона слева, держась по возможности ближе к скальным башням, чтобы не сорвать лавину.
Первый же час перехода оказывается намного сложнее, чем мы предполагали – крутой склон, за который мы цепляемся всеми четырьмя, размокший снег, который съезжает ровно на сделанный шаг, если не больше. Все это, естественно, с большими, многодневными рюкзаками. Хотя они и не ощущаются из-за адреналина. Боря чертыхается, и, как всегда в таких случаях, утверждает, что дальше идти сумасшествие. Мы с Сергеем, не вкусившие сложностей ведущего связку, не соглашаемся. Продолжаем, теперь впереди идет москвич.
Устав барахтаться в снегу, решаем попробовать движение по каменным грядам. Камни оказываются мокрыми и довольно живыми – заползая на очередную глыбу, приходится хорошо вдавливать ее в снег, чтобы не поехала или не рассыпалась на нижестоящего. Движение постепенно превращается в попеременное, со страховкой и станциями на тех-же камнях.
Оцениваем расстояние от перевала. За четыре часа тяжелой работы пройдено совсем немного. От силы четверть пути, который прикинули снизу. С поправкой на то, что снизу видно далеко не все, пессимистично...
Снег окончательно размокает, и мы вылезаем на гребень в поисках варианта ночевки и "перспективы на альтернативу".
Зато место для стоянки нашлось сразу: в надуве под гребневой башней. Места маловато для двух палаток, но добраться до следующей башни не очень реально.
Вырубаем и выпрямляем полку, чтобы хоть одну палатку поставить. Ничего, если оставить рюкзаки снаружи, втроем поместимся.



Ежевечерняя связь с базой. Не знаю, по каким мотивам, но Боря разговаривает по связи так, как будто вся информация тут же передается нашим родственникам, которых лучше не волновать. "Палатку поставили, погода и настроение хорошие"... Получаем благословение и договариваемся о ежеутренней связи.
Конец третьего дня, из планируемых четырех, включающих день на возвращение. Еды у нас – еще на два дня. От 5600, где мы ночуем, до вершины почти километр. От перевала мы поднялись от силы на 200 метров. Быстрее двигаться невозможно. Простой подсчет показывает, что для заветного плана переночевать выше шести тысяч, и тем более подняться на вершину, у нас не хватает времени.
С утра выхожу на связь с базой и пытаюсь получить больше информации. Нет, говорят, идти надо точно справа от ребра. Все проходится пешком. И кстати, накануне вышли еще несколько альпинистов.
Понятно. Значит, мы не там, а нужный подъем проскочили. Прикидываем, как пройти на нужную сторону, не теряя высоты. Идеи смелы, но Боря непреклонен, и настаивает на лавинной опасности, подкрепляемой сходящими лавинами со склона напротив. К тому же, набарахтавшись в снегу накануне, понимаем, насколько медленным будет продвижение. Если будет вообще. Вниз!
Это решение всегда радостно и с облегчением принимается телом, но голова сопротивляется, а глаза прикованы к линии маршрута, намеченного, но не сделанного. Спускаемся строго вниз, до плато. Последнюю часть спуска даже скатываемся, как с горки. 4800. Спускаемся по плато вдоль горы, выискивая следы тех, кто пошел верной дорогой. Четвертый день пути. Еды с натяжкой хватит на еще два. Я была несколько удивлена, и немного огорчена, когда оба моих спутника, найдя верную тропу, без лишних размышлений устремились по ней вверх.
Нужное ребро слабо выделялось на округлой горе. Следы размашисто вели, практически перпендикулярно, обратно вверх. Дойдя до ступени с палаткой на 5400, решили воспользоваться случаем и передохнуть.


Лавина. Напоминаю масштаб: высота стены - пара километров

В палатке жили чехи, которые собственно, только сегодня сюда пришли. Выяснилось также, что следующее место для палатки – через 600 метров по вертикали. И что только один человек пошел выше.
Мы решили, что на сегодня достаточно, и пошли ставить палатки. А как же раскладка еды, которой не хватает на оставшиеся, в оптимальном случае, два дня? Как я уже упоминала, с начала похода мы делили двухпорционные пакеты на троих. Так что "комбикорм", взятый Сергеем, оказался сэкономлен в значительной степени. Но зря мы радовались в предвкушении: оказалось, что оставшаяся еда – дегидророванное мясо, перемешанное с гречкой – взято из расчета не на заваривание кипятком, а на кастрюлю для варки, оставшуюся в лагере. Обваренная восьмидесятиградусным кипятком гречка съедобна не многим больше, чем не обваренная вовсе. Пришлось довольствоваться выеданием мяса из смеси.
Впрочем, это было уже на следующий день. День этот начался с сильнейшего ветра. Собственно, ветер гудел всю ночь, и утром ничуть не уменьшился. Собирались как можно быстрее, но видео, снятое Сергеем, не дает соврать – две фигуры в одинаковых гортексах вяло копошатся. Одна фигура, покачиваясь от ветра, старательно запихивает сопротивляющиеся вещи в рюкзак, другая неуверенно ковыряет снег ледорубом: это Боря изо всех сил откапывает вмерзшие ледобуры, на которых растягивали палатку. Чехи, которые переносить палатку не планировали, ушли далеко вперед.
Наконец выходим. Сразу над полкой склон частично покрыт вмерзшими камнями. Некоторые образуют небольшие ступеньки, которые надо перелезать. Ветер воет и выматывает все силы, но мы сомнамбулически продолжаем ползти вверх, изредка поскальзываясь на покрытых ледовой коркой камнях. Одеваем пуховки поверх гортексов, но тепло не становится.
Навстречу попадаются отчаявшиеся чехи – слишком холодно, слишком ветрено, слишком глубокий снег по дороге на вершину. Но мы-то свою палатку несем с собой, и поворачивать нам незачем. Впрочем, в какой-то момент я уже готова была повернуть – начали сильно замерзать пальцы в перчатках. Сейчас бы пуховые рукавицы... Выручил более предусмотрительный и морозоустойчивый москвич, отдавший свои.
Напоследок встречаем Пашу – того самого, о котором с благоговением говорили чехи. Паша ночевал на полке на 6000, и теперь спускался, успешно сходив на вершину. Он подтверждает, что на вершине, да и вообще выше 6000, поставить палатку негде.
Ветер прекращается. Последний взлет, и мы подходим к той самой пашиной стоянке. Немного расширить ее под две палатки, и можно перевести дух. Двадцатью метрами ниже видим, как устанавливает лагерь группа из Архангельска, поднявшаяся за нами. Место у них гораздо менее удобное. Зато там помещаются больше палаток.


Одна лопата на группу - хорошая причина для передышки на 6000


Наш лагерь перед выходом

С утра – привычно топим воду. Абсолютно чистого снега вокруг палатки не так уж много, поэтому с самого начала мы выделили большой пакет, с которым по очереди выходили "за добычей". Если очень хорошо наполнить такой пакет, то натопленной воды хватит на половину ужина или на две трети завтрака, учитывая, что центральное блюдо обеих трапез – чай.
Привычка пить много воды играет с израильтянами злую шутку. Если встретил человека на треке с полуторалитровой пластиковой бутылкой – сразу можно заговаривать с ним на иврите: вода в горных районах течет в таком количестве, что ходить надо разве что со стаканом. А вот с чаем все обстоит наоборот – опытный турист (или горовосходитель) воспитанный вне Израиля – шагу с утра не сделает, не налившись чаем и не заготовив большой термос в дорогу. Мы же обычно судили по количеству жидкости в целом – если есть бутылка простой воды (заботливо сохраненная в спальнике от замерзания), то зачем еще два литра чая? Поэтому мы ограничивались литровым термосом на двоих, как дань традиции и пользе.
Впрочем, возможно привычка пить чай в горах – это просто привнесенная русская привычка. Еще Александр Дюма, путешествуя по Кавказу, возмущался тем, что для русского в дороге главное самовар, а не еда.
Наконец выходим. И довольно скоро догоняем часть архангельцев, опять, было, обогнавших нас с утра.



- Здорово, что у вас есть веревка! – встречают они нас. - А мы свою не взяли. Вы нам перила можете повесить?
Склон действительно очень крутой. Двое ребят уже ушли выше, но двое других – старший в группе и девушка-москвичка – опасались идти без связки.
Но где закреплять перила? Снег рыхлый, и строить в нем станцию – слишком хлопотно и малонадежно. Да и сколько времени уйдет перебираться таким образом по довольно длинному склону, используя одну 60-и метровую веревку? Решаем, что пойдем в связке, как и раньше, и при возможности, закрепим веревку на скалах. Впрочем, выйдя за поворот, обнаружили, что скал нет вовсе. Так что продолжали двигаться "паровозом". Надеясь на крепость рук, своих и друга, без вбитого крюка.



Склон привел нас к сильно нависающему карнизу, в котором первопроходец-Паша "прогрыз" дырку своим ледорубом. Один болдерингово-ледолазный шаг, и мы на вершинном хребте. Находим предположительно самую высокую точку и делаем вершинные снимки. Отсюда, с 6390, хороший вид на Корженевскую, Пик Коммунизма и прочие окрестные горы. Видны и большие провалы в гребне, по которому мы пытались пройти сначала. Без специального снаряжения не дошли бы. Фотографии, чай, фотографии... Можно спускаться.


Наша компания на фона Пика Корженевской


Команда Архангельцев на фоне Пика Коммунизма

Предлагаем испанцу, догнавшему нас, присоединится к нашей веревке, но он, оглядев количество претендентов, вежливо отказывается, и, несмотря на наши уговоры, решает проложить свой путь – с другого окончания вершинного гребня, ровно подсекая весь лавиноопасный склон.
Ребята предлагают закрепить веревку около дыры, и дюльферять. Похоже, это самый быстрый способ. Тем более что надо торопится в лагерь– еды на еще один день у нас нет.
Спускаемся на длину веревки (последний снимает станцию и спускается пешком), и начинается суета по устанавливанию следующей станции. Если хорошенько раскопать снег – можно докопаться до льда, а в него ввернуть ледобур. При этом мы уже гроздьями висим на крошечной полочке, пристрахованные парочкой ледорубов, воткнутых глубоко в рыхлый снег и придерживаемых руками.
- Эй ты, ......... не видишь, что ли, сейчас все..... к матери...... полетят ........ вниз!
- Да подожди, ты, если ввернуть сюда и сюда пару буров, все будет в порядке
- Эти ....... буры тут вообще ......черт .... не держатся, ставь заново!
- Первый пошел!



Все это в сумме заняло немало времени. Когда, наконец, мы спустились к более пологой тропе и получили назад веревку – самостоятельного испанца и след простыл. Время для возвращения в Базовый Лагерь безвозвратно упущено. Последнюю еду съели на завтрак. К счастью, один из передовиков-архангельцев заметил наши затруднения. Чувствуя вину в задержке на склоне, он поднялся к нам из своего лагеря с довольно солидным запасом еды. Живем! В ответ мы надавали различных таблеток от простуды (от нашей израильской медицины!) для одного из приболевших товарищей.
Кстати, они все-таки ушли вниз вечером. И потом рассказывали страшные истории про пересечение морены в темноте. Не зря мы опасались ночного спуска: там и днем есть где заплутать и свалиться на сыпухах.


Так чистят зубы на высоте :) На фоне пика Коммунизма

Наш спуск вниз был отмечен поучительным уроком. Для меня и для Бори по отдельности. С утра, не одев кошки, понадеявшись на глубокий снег, и не связавшись (падать, вроде, особенно некуда), мы растянулись на склоне на довольно большом расстоянии друг от друга. Заметив, что снега уже практически нет, а камни под ногами скреплены льдом, я оглянулась поискать удобное место для одевания кошек (снять тяжелый рюкзак, не потеряв равновесие, одеть кошки, сидя на бугорке, одеть рюкзак, поставив его на камень на уровне пояса...) Но подходящего места не обнаружилось, а ждать Борю, чтобы помог одеть рюкзак, мне не хотелось.
"Да тут уже немного осталось", - подумала я, и по законам классики, в тот же момент поскользнулась. Ледоруб был в руках, так что я так же классически постаралась зарубиться. Но покрытые ледяной коркой камни в классическую программу не входят. Палка, надетая на вторую руку, тоже несколько мешала действовать ледорубом.
Понимая, что скольжу я уже довольно долго, постепенно убыстряясь, отбрасываю все эти красивые способы, и направляю скользящее на животе тело к очередным выступающим камням. Упираюсь ботинками в камни. Уф...
Оглядываю место: ага, еще немножко проехаться, и каменистый склон становится почти отвесным: не остановилась бы. Правда, ниже белеет мягкий снег – пришлось бы много обходить, чтобы вернуться на тропу. При удачном падении...
Очень аккуратно возвращаюсь на тропу, намного ниже точки срыва. Одновременно со мной сверху подходит Боря. Не сговариваясь, снимаем рюкзаки и начинаем одевать кошки. Выясняется, что Боря не видел моего падения, но зато кувыркнулся сам.



Спускаясь, встречаем поднимающуюся пару литовцев. Из тех, что пировали с красноярцами, и собирались выйти на день после нас.
Отвечаем на их вопросы о маршруте, и в свою очередь интересуемся – где же толпы, идущие на акклиматизацию по этому маршруту?
- Большая часть акклиматизируется, делая заброски на Корженевскую. Вот там действительно толпы. А отсюда народ сегодня утром свалил – уж очень плохая погода.
С удивлением оглядываемся. Ветерок, не жарко конечно... неужели те ребята, которых мы видели издалека накануне, и исчезнувшие с утра – испугались?!
- Да нет, ребят, погода отличная! Вот позавчера какой ветрила был! Да и видимость отличная, не в пример той, что была пять дней назад... - успокаиваем мы.

Съезжаем последний склон, как по бобслейной трассе, и выходим на финишную прямую. Чуть выше нашей первой стоянки – обжитой лагерь. Сейчас в нем собирает пожитки пара французов – пытались пойти на вершину с другой стороны, "в лоб", но слишком много трещин и очень глубокий снег наверху.
Еще ниже, на большом камне живописно расположилась на акклиматизацию группа молодых людей. Боря наметанным глазом определяет, что одеты они с ног до головы в "Маммут". Это уже с нового вертолетного рейса.
Бежим изо всех сил вниз, навстречу бане, еде и обществу.
В лагере встречают тепло и наливают компот.
Забираем рацию (чтобы не искали по связи, по привычке, как всю неделю), забираем вещи, оставленные на хранение, и отправляемся на нашу морену. Попутно – договариваемся о времени с банщиком. Собственно, сауна – мероприятие дорогое – по 15 евро на человека. Но нам же не шиковать, а только помыться. Душ с горячей водой можно получить за 8 евро с человека. Нам большего и не надо.
Домик банщика стоит у ручья, разделяющего главный лагерь и морену "беспакетников". Как раз неподалеку на морене никого нет, так что мы ставим палатку на совершенно уединенной полянке. Если выглянуть из палатки – никаких признаков цивилизации. Впрочем, через пару дней, неподалеку появились две палатки "Мармот", что дало название нашей поляне "Сурковая". Знакомство оказалось неожиданным: подойдя поинтересоваться, кто наши новые соседи, и откуда взялись (из Москвы, пришли пешим маршрутом), мы тут же выяснили что они прекрасно знакомы с Игорем, Бориным товарищем по работе в магазине.

Деньрожденная полатка

предыдущие части рассказа:
Знакомство
Джиргиталь

продолжение:
Подготовка к Вершине
И все-таки к Вершине!
База под сенью Коммунизма
Джиргиталь-Душанбе. Возвращение к реальности.
Фанны and Fun

Весь список тут
Tags: Таджикистан, горы
Subscribe

  • Обзор Океании: версия 2, дополненная и исправленная

    В 2019-2020 году я совершил две поездки по Океании - далекой и редко посещаемой части света. Австралия и Новая Зеландия удостоились отдельных…

  • Тонга. Часть II

    Остров Тонгатапу небольшой, где-то 40 на 10 километров. В принципе его можно объехать на общественном транспорте: из Нукуалофы есть автобусы до…

  • Тонга. Часть I

    Вот я и попал на острова Тихого океана. Тонга - одна из двух десятков стран, расположенных на атоллах в этой части света. Тонга находится в западном…

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments