Семен Павлюк (pavlyuk) wrote in ru_travel,
Семен Павлюк
pavlyuk
ru_travel

Categories:

Улан-Батор. Часть Первая. Полусоветский город

В конце 80-х Улан-Батор показался английскому писателю Пол Терру русской военной базой посреди Азии. Чужеродным пятном колонизации посреди исконной Монгольской степи. В начале второй декады 21 века у меня сложилось совершенно противоположное мнение о столице Монголии: типичный русский город, который недавно был захвачен монголо-татарами.

Как ни крути, суть Улан-Батора неизменна. Город, основанный на юртово-монгольском фундаменте, построенный из бетонно-советских материалов и недавно оштукатуренный какой-то невообразимой смесью и западного неона и исконного войлока. Немного дико, немного гротескно, немного смешно, но очень даже бодро и как-то искренне, что ли.

Photobucket


Улан-Батор сегодня напомнил Россию начала 90-х. За этими годами у нас прочно закрепился эпитет «лихие». Время было тяжелое, спору нет. Но «лихой» также значит «живой», «энергичный». И вот уж в чем нельзя обвинить монгольскую столицу, так это в скуке жизни.



От Урги, досоветского города, в Улан-Баторе почти ничего не осталось. Единственный район города, сохранивший традиционнную планировку хурэ (т.е. кругом от центрального объекта: монастыря или военной ставки) находится немного к западу от центра. Он называется Гандан, в честь расположенного в его центре монастыря Гандантэгчинлин ("Большая колесница полной радости").

Монастырь, где сто с лишним лет назад прятался от англичан далай-лама, до сих пор расположен в сердце квартала. Он действовал и в советские годы. Теперь у его ворот ярко блестит на солнце киоск фаст-фуда,

Photobucket


а на фоне храма Мижид Жанрайсиг паркуются мощные джипы.

Photobucket

У каждого временного периода свои отметки.

Прогулявшись по улочкам Гандана, различающихся лишь порядковыми номерами, можно вплотную ознакомиться с бытом современной одноэтажной Монголии. За шаткими заборами скрываются хашаны – дворы с юртами. Но на заднем плане уже высятся многоэтажные дома. Городская застройка окружила Гандан.

Photobucket


Впрочем, любителям юрт не надо отчаиваться. Подобный частный сектор занимает всю периферию города, более половины его территории.

Основная застройка центра – советская, 70-80-х. На центральных улицах дома с ухоженными фасадами, с этническими узорами под крышей.

Photobucket


А чуть дальше – безликие 5-16-этажки. Чем дальше от центра – тем ниже застройка. На первый план выходят «хрущебы».

Photobucket

Советский след в городе повсюду.
На центральной площади (площади Сухэ-Батора) выделяется типично-русское здание театра оперы и балета.

Photobucket


За углом – памятник Ленину

Photobucket


Напротив – здание МИДа, выглядящее как речной вокзал.

Photobucket


Недалеко – здание Государственной библиотеки.

Photobucket


Побродив по городу, можно найти и другие призраки соцреализма

Photobucket


Но это все прошлое, увядшее, покинутое. Через старые символы уже пробиваются новые.

Photobucket


Самый характерный пример – здание правительства на площади Сухэ-Батора.

Photobucket


Раньше в его центре располагался мавзолей лидера Монгольской революции 1921 года, но после отказа от соцкурса его убрали и заменили памятником Чингизхану.

Photobucket


Памятник Сухэ-Батору в центре площади оставили. Сегодня он с недоумением показывает на стеклобетонные новостройки, а молодежь качается на цепях, окружающих статую.

Photobucket


Многие ключевые здания советского периода переиначены на современно-монгольский лад. ЦУМ «оброс» символами на старомонгольском (с 1941 г. Монголия использует кириллицу, но с 90-х старомонгольское письмо приобретает все большее значение как основа идентичности страны) и рекламой мировых брендов.

Photobucket


Рекламы в городе вообще много. В ней часто мешается кириллица и латиница.

Photobucket



Английские надписи обычно поясняют монгольские

Photobucket


А вот эта надпись требует пояснения на русском.

Photobucket


В Монголию первыми пришли копировальные машины Canon, а не Xerox, как в Россию. Поэтому здесь не ксерокопируют, а канонят.


Центр города – улица Мира – набита ресторанами и дорогими магазинами. В первых сидят экспаты. Во вторых толкутся туристы. Иностранцев в центре города очень много. В любом дворе есть указание на гестхауз.

На самом деле гестхауз (за редким исключением) – это не дешевый отель, а частная квартира, переделанная под прием от двух до шести человек. Многие обитатели таких «отелей» не туристы, а молодежь, приехавшая волонтерами или поучаствовать в каком-нибудь студенческом проекте. Август – пиковое время как для туризма, так и для всяких проектов, поэтому все гестхаузы забиты. Мы часа три искали себе пристанище на ночь. Лучше бронировать проживание в Улан-Баторе заранее.

Центр Улан-Батора отчаянно хочет казаться деловым и туристическим. А еще современным, креативным.

Photobucket


Даже светофоры сделали с символикой монгольских народных видов спорта.

Photobucket


Но вот патрулирование улиц на сигвеях – это уже перебор.

Photobucket


То есть сам факт подобного патрулирования – это, возможно, и хорошо. Если бы это было повсеместной практикой. Но такой регулировщик в стране один – рядом с центральной площадью. А в остальном городе регулировщиков нет вообще. Это уже не инновация. Это пыль в глаза.

…Недалеко от вокзала на оживленной городской улице красуется новенький бесплатный общественный туалет с гордыми надписями на английском. Вот только он со всех сторон заколочен заборами…

Photobucket


К сожалению, во многих странах Третьего Мира, особенно зависящих о иностранной помощи, любят похвалиться темпами роста, плодами демократии, отсутствием препятствий для ведения бизнеса. Обязательно пустить рекламу на CNN о своих успехах. Но на деле коротким видеорядом ролика все достижения и ограничиваются.

Дело не только в правительстве (которое, как раз, правильно делает, что тратит деньги на маркетинг). Просто менталитет меняется куда медленнее, чем основные фонды.

Я люблю рассказывать иностранцам о московских урнах с раздельным сбором мусора. У которых три входных отделения для разного типа отходов, но общее нутро. И даже если поставить три разные урны – все равно приедет одна машина и без разбора загрузит все в кузов. Казалось бы - бред. Но такие урны постепенно приучают москвичей кидать мусор в нужную полость. И когда службу мусоросбора, наконец, реформируют, менталитет уже будет подкован.

Про монгольских водителей этого не скажешь. Может они и сменили коня на трепетный джип, но менталитет остался на уровне всадника. Который, безусловно, имеет преимущество перед пешеходом.

Машина – признак статуса, власти, силы. И те, кто ее не имеют, должны уважительно уступать дорогу. В Улан-Баторе не только не тормозят на «зебре», но и сердито сигналят, а иногда и просто матерят пешеходов, не успевших убраться с дороги. До ступени развития, когда водитель осознает свою ответственность перед пешеходами, здесь еще очень далеко.

А ведь в жизни то же самое. Когда политик или чиновник понимает, что власть – это, прежде всего не, сила, а ответственность – общество становится цивилизованным. Так что у меня еще есть надежды насчет будущего Родины – на московских дорогах все чаще пропускают пешеходов.


Продолжение будет...

Предыдущие серии:
Пешком вдоль западного берега оз. Хубсугул. Часть первая
Пешком вдоль западного берега оз. Хубсугул. Часть вторая
Монгольские дороги: автостопом от Хатгала до Улан-Батора
Subscribe

Recent Posts from This Community

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 8 comments