Из гамака в Канны



Просыпаюсь я как-то в гамаке от того, что часы на башне бьют 10 раз. Открываю глаза и вижу как на фоне прекрасных старых зданий и белоснежных яхт тарахтя проплывает маленький катерок с дедушкой за штурвалом. Сажусь и ступни упираются в белый пупырчатый пластик, а яркое солнце бликует на маленьких волнах, которые сделал катер. Оно слепит глаза в точности также как и на перевале Ротанг в Индийских Гималаях. На секунду я оказываюсь в воспоминании о горной мотоэйфории, а потом оборачиваюсь и вижу красивую белоснежную яхту, которая поскрипывает швартовыми.


Где я? Чтобы восстановить здравый рассудок, в такие моменты я представляю карту Google и постепенно уменьшаю масштаб. Вот он я, вот яхта, вот порт Ниццы, вот бесконечный город с оранжевыми крышами и аэропортом, в который я прилетел несколько дней назад, вот Франция, вот Европа, а вот и мир, в котором места, где я был подсвечиваются белым светом.



Спускаюсь в кают-компанию. Говорим с Костей про интернет. Ему он нужен также как и мне для работы. Вчера мы с ним зашли в офис оператора Orange и пытались честно купить симки с интернетом.

- Пардон, но сим-карты с интернетом мы продаем только по четвергам - говорит продавец, миксуя французские и английские слова
- В смысле, а что можно купить сейчас? - удивленно отвечаю я, миксуя английские слова с русским акцентом
- Сейчас только симку для разговоров
- Какая-то странная у вас система с днями неделями
- Какая есть. Завтра кстати воскресенье и все офисы будут закрыты - завершает интернет-вендетту продавец.

Капитан Леша дает час на различные дела, которые можно сделать в городе перед отплытием. Я иду в ближайшее кафе, где рядом со млеющими от солнца и круассанов местными жителями публикую фотку с гамаком под вкусный французский американо.



Перед отплытием капитан собирает всех на корме и рассказывает про технику безопасности на борту. Несмотря на то, что яхта суперсовременная и способна перейти океан, неправильные действия могут привести к серьезным последствиям. В основном проблемы могут быть две - если кто-то упадет за борт или на яхте случится пожар. На каждую из этих проблем есть много решений, который на всякий случай нужно знать перед отплытием.



Оказывается, что если человек упал за борт, то тот, кто его обнаружил должен кричать "человек за бортом", ни в коем случае не уходить со своего места, постоянно следить за положением человека в воде и показывать на него рукой. Потому, что людей практически не видно на фоне волн и их легко потерять. А истории про то, как люди целыми днями держаться за бревно и плывут по течению с места кораблекрушения не более чем сказки. Вода обладает огромной теплоемкостью и даже в южных водах быстро наступает переохлаждение.



Я запоминаю историю про тошноту. Оказывается она наступает из-за рассинхронизации сигналов, которые поступают от органов чувств и мозжечка. Когда вы сидите внутри корабля и вас качает, то мозжечок посылает в мозг сигнал о том, что есть движение, а глаза видят неподвижную картинку интерьера судна. Поэтому мозг считает, что у вас симптомы какого-то серьезного отравления и делает так, чтобы вас стошнило. Решение - выйти на палубу, чтобы глаза видели изменение картинки или поспать, чтобы зрительный контакт просто выключился. Также можно принять таблетки, которые блокируют сигналы от мозжечка или просто осознать настоящий момент - убедить мозг, что ты находишься на корабле в море и все в порядке. К слову сказать, на яхте за все время плавания никого не укачивало, поэтому почувствовать что-же такое блевать с яхты никому не посчастливилось.



Инструктаж закончен. Мы приступаем к первому в моей жизни отплытию. Этот момент связан со всеобщей суетой и использованием непонятных терминов. Мы отдаем швартовые и муринги, снимаем кранцы. Фразы: "Трави, трави еще!" сначала почему-то ассоциируются с использованием средств от насекомых, а потом постепенно занимают в мозгу место с правильным значением. Тихонько жужжит двигатель, яхта плавно отходит от пирса. Кирилл за штурвалом невозмутимо оглядывается по сторонам. Мой мозжечок посылает сигналы о том, что неподвижное место, в котором я спал вдруг превратилось в подвижное и с этим придется считаться.



Мимо проплывает моторная яхта, похожая цветом и фактурой своих бортов на огромный холодильник. Костя предусмотрительно держит кранец руками, чтобы если мы каким-то образом заденем яхту, то не ударимся, а отпружиним от куска резины. Хотя риска никакого нет.



Ребята звеня бокалами разливают вино и шампанское, в лицо начинает дуть соленый ветер, мы выходим из порта.



Попивая шардоне, капитан обрушивает на нас вторую волну специальных терминов. Мы закусываем фактами про шкоты, лебедки, грот, стаксель, колдунчики и шкаторины.



Я поднимаю голову и вижу коктейль прекрасной жизни. На самом дне - прослойка голубой воды, мачты, борта разнокалиберных яхт и катеров, чуть выше - маленькая полоса пляжа, за которой раскинут прекраснейший город с крышами кирпичного цвета.



Сверху облака, сделанный из взбитых сливок, которые разрезают бесконечные самолеты и вертолеты из прибрежного аэропорта. Вершает все сироп из глубокого голубого неба с вишенкой из палящего южного солнца. Мне кажется, что я пью этот Nice coctail, а не вино. Он опьяняет больше.



Ветра становится больше, Леша говорит, что сейчас мы будем ставить паруса. Это звучит столь ободряюще и представляю, как мы в этот замечательный коктейль сейчас воткнем красивый белый зонтик.



На яхте два основных паруса. Один самый большой называется грот, а второй, который висит на самом носу под наклоном - стаксель. Паруса устроены таким образом, что яхта парадоксальным образом при помощи точной инженерной магии лучше идет против ветра. Времена, когда матросы кричали "Тысяча чертей!" и остекленелым взглядом смотрели на флюгер, уже давно прошли.



Паруса управляются достаточно просто при помощи тросов (шкотов) и лебедок. Хочешь поставить парус - быстро тяни соответствующий шкот, а потом накручивай его на лебедку и дальше доводи специальной ручкой или кнопкой на электролебедке. Потом зафиксируй шкот на стопоре, чтобы он никуда не убежал. Несмотря на кажущуюся простоту в этих делах есть куча тонкостей и специальных слов, которые капитан обрушил на нас в третий раз.



Паруса встают на место, Кирилл выключает двигатель, яхта плавно накренивается и начинает идти своим ходом. Это потрясающе! Пятнадцатиметровую яхту уверенно тащит ветер. Это торжество природы и экологии. Кажется, что где-то в мире нам апплодируют гринписовцы, а пролетающие мимо чайки показывают большой палец.



Под рассказы капитана про то, как настраивать паруса и какие бывают ветры, мы постепенно приближаемся к уютной бухте, хаотично заставленной яхтами с флагами разных стран. Это место, где мы будем купаться и загорать. Мы снимаем паруса, включаем двигатель, обруливаем пару "корыт", как любовно называет Кирилл другие яхты и ставим якорь.



Под металлический лязг якорной цепи я переодеваю плавки, а потом поднимаюсь на палубу и прямо с борта лечу в лазурную воду. Она обжигает холодом и солью! Я выныриваю и начинаю судорожно грести вокруг яхты, чтобы привыкнуть к температуре. После Индийских и Филиппинских морей Средиземноморская вода кажется коварно прохладной. Я поднимаюсь на борт и совершаю освежающие прыжки несколько раз. После чего в очередной раз наливаю вино и веду пространные разговоры.



Смываю соль из специального шланга с пресной водой и оглядываюсь вокруг. Повсюду тюленят преимущественно европейские пенсионеры.



 Периодически мимо проплывают девушки, стоя на серфах и гребя веслом. Все размеренно, спокойно и расслабленно.



Залезаю на самый нос нашего судна и втыкаю в закатный пейзаж. Подходит Кирилл и рассказывает про то, что все огромные моторные яхты жрут тонны горючего и даже если ты очень богатый человек, чтобы купить такую яхту, ее обслуживание обходится космических денег. Поэтому большинство миллионеров прогуливаются по близлежащим бухтам раз в год, а все остальное время она где-то стоит. Другой вариант - сдавать ее в аренду или жить на ней, поскольку аппартаменты в центре Лазурных городов могут стоить дороже.



Мы идем дальше. Все вместе начинаем готовить вкусный ужин естественно попивая в процессе вино. Он оказывается настолько потрясающим, что после еды я выбираюсь на палубу, падаю на живот и непременно засыпаю.



Просыпаюсь от того, что закатное солнце светит мне в глаза. Я чувствую запах тиковой палубы. Тик - основное Бирманское дерево, из которого сделаны многие дома. Запах тика возвращает меня в Бирму и я второй раз за день оказываюсь в прострации. Мне кажется, что я уснул в Бирманском гестхаусе на тиковом полу, а проснулся на нем же, только на яхте во Франции. А снился мне Питер.



Этапы моей жизни делятся на путешествия по разным странам, которые соединяют ассоциации, такие как Гималайские солнечные блики или Бирманский запах тика. Время меряется не часами, а километрами и странами.



На горизонте маячат Канны, мы готовимся к швартовке.



"12 островов" на яхте:

8. Что такое яхта на Лазурном берегу?
7. Первый последний день в Ницце: старый город с отличными видами
6. Монако и Монте-Карло: легендарный пафос и гламур, смешанный с уютом и красотой
5. Второй день в Ницце: утро с завтраком от бабушки, багеты, русские и автобус в Монте-Карло
4. Первый вечер в Ницце
3. Аэропорт Хельсинки Вантаа
2. Первый день путешествия - из Питера в Хельсинки
1. Заглавный пост с подробной информацией о проекте

Присоединяйтесь к моим сообществам в социальных сетях:

Вконтакте - vk.com/12colours
Facebook - facebook.com/12islands
Instagram - instagram.com/12islands